В 2026 году исполняется 225 лет со дня рождения Владимира Ивановича Даля — русского писателя, собирателя народных песен, сказок, загадок, пословиц и поговорок.

Владимир Иванович служил мичманом в морских походах, хирургом на Русско-турецкой войне, участвовал в этнографических экспедициях и поездках по России. Более 50 лет он собирал материалы для своего «Толкового словаря живого великорусского языка», представляющего не только наличный состав языка, но и способы его лексического обогащения, словопроизводства. 200 тысяч слов: книжно-письменных, просторечных, диалектных, профессиональных, заимствованных, а также — тысячи фразеологизмов, слов, связанных с крестьянским бытом, промыслами и ремеслами, народной медициной, флорой и фауной.

Всю свою жизнь Владимир Иванович Даль посвятил России, русскому народу, русскому языку, русскому слову, русской культуре. Узнать больше о жизни этого удивительно талантливого и разностороннего человека можно, пройдя онлайн-игру «Собирал человек слова» и познакомившись с книгами о его жизни и творчестве.

Владимир Иванович Даль родился в 1801 году в Луганске, где его отец, датчанин Иоганн Христиан Даль, служил врачом. Приняв в России имя Иван, Даль-старший женился на Марии Фрейтаг из семьи обрусевших немцев и французских гугенотов. Отец Владимира знал восемь языков, мать свободно говорила на пяти. От родителей мальчик унаследовал чувство слова и широкий круг интересов: как говорила Мария Даль, стремление «зацеплять» всякое знание и навык.

В 1814 году Владимира и его брата Карла отправили в Петербург учиться в Морском кадетском корпусе, который Даль закончил 12-м по успеваемости из 83 выпускников. В 1819 году мичман Даль был направлен на Черноморский флот. По пути к новому месту службы он услышал и записал незнакомое слово «замолаживать» с пометкой: «В Новгородской губернии значит „заволакиваться тучами“, говоря о небе, „клониться к ненастью“…». Так было положено начало словарю разговорного живого языка.

В 1825 году Даль уволился с флота и поступил на медицинский факультет Дерптского университета. Во время Русско-турецкой войны 1828−1829 годов Владимира призвали в действующую армию, и перед отбытием он досрочно сдал диссертацию на степень доктора медицины. «Сперва принялась душить нас перемежающаяся лихорадка, за нею по пятам понеслись подручники её — изнурительные болезни и водянки» — вспоминал Даль о войне. — «Не дождавшись еще и чумы, половина врачей вымерла; фельдшеров не стало вовсе, то есть при нескольких тысячах больных не было буквально ни одного; аптекарь один на весь госпиталь. Когда бы можно было накормить каждый день больных досыта горячим да подать им вволю воды напиться, то мы бы перекрестились».

Именно в армии, благодаря общению с солдатами из разных губерний, активно пополнялась его тетрадь живого языка.

После окончания войны Даль отправился со своим полком в Польшу для подавления восстания, где за неимением настоящего инженера принял руководство строительством переправы через Вислу. Начальство наказало инициативного лекаря, но узнавший эту историю император Николай I пожаловал герою Владимирский крест с бантом.

В 1832 году, когда Даль работал ординатором Санкт-Петербургского военного госпиталя, вышли в свет его «Русские сказки, из предания народного изустного на грамоту гражданскую переложенные, к быту житейскому приноровленные и поговорками ходячими разукрашенные казаком Владимиром Луганским. Пяток первый». Сказки, с одной стороны, принесли ему известность, а с другой — послужили поводом для его ареста. Был донос, сказки посчитали неблагонадёжными и… Даля от дальнейших неприятностей спас поэт Василий Андреевич Жуковский, который был наставником наследника престола и подал прошение считать происшествие с Далем недоразумением, представил случившееся в анекдотическом свете. Обвинения сняли, но тираж книги уничтожили, правда, сам автор умудрился спасти несколько экземпляров.

В 1833 году Даль снова поменял род занятий. Популярный в столице глазной хирург, да к тому же писатель, он вдруг отправился в Оренбург в качестве чиновника особых поручений при губернаторе. В том же году он сопровождал Пушкина в поездке по Южному Уралу. Собранные ими материалы вошли в пушкинские «Историю Пугачевского бунта» («Историю Пугачева») и «Капитанскую дочку». В последний раз Даль и Пушкин встретились спустя три с небольшим года. Находившийся в то время в Петербурге, Даль пришел к раненому на дуэли Пушкину и оставался с ним до конца. Его записки о последних часах жизни поэта по-врачебному точны и подробны.

Во время службы в Оренбурге Владимир Даль постоянно путешествовал по обширной территории, населенной казаками, татарами, башкирами, казахами, калмыками, черемисами. Одним из первых он записал казахские, башкирские, калмыцкие сказки, пословицы и поговорки, описал обычаи кочевых народов. Учредил кружок по типу научного общества; при содействии губернатора Перовского организовал и возглавил в Оренбурге один из первых в России провинциальных музеев. В Хивинском походе 1839−1840 годов, помимо исполнения основных своих обязанностей при губернаторе, Даль собирал географические и этнографические сведения о Средней Азии, лечил раненых и даже изобрел подвесную койку для перевозки больных на верблюдах. За статьи по медицине, особенно об интересовавшей Даля гомеопатии, в 1838 году он был избран членом-корреспондентом Академии наук.

В 1841 году вернулся в Петербург, служил секретарём при министре внутренних дел, позже заведовал особой канцелярией при министерстве. В 1845 году Даль стал одним из учредителей Русского географического общества. Заведуя канцелярией при Министерстве внутренних дел, по воспоминаниям современников, Даль, пользуясь своим положением, рассылал циркуляры по всем должностным лицам внутри России, поручая им собирать и доставлять ему местные черты нравов, песни, поговорки и прочее, он получал большие посылки местных слов. Все материалы переписывались в азбучном порядке и укладывались в коробки. Были периоды, что писцы занимались только этим, да ещё перепискою сказок, пословиц, поверий.

В 1849 году Даль по собственному желанию перешёл с высокой должности «правой руки министра» в управляющие удельной конторы и переехал в Нижний Новгород. Ежедневная работа с государственными крестьянами (в ведении удельной конторы их было 40 тысяч) заставила его вновь почувствовать собственную полезность для общества. Дочь Даля Мария вспоминала о нижегородской службе отца: «Всякий шёл к нему со своей заботой: кто за лекарством, кто за советом, кто с жалобой на соседа, даже бабы нередко являлись в город жаловаться на непослушных сыновей. И всем им был совет, всем была помощь». И опять в его жизни появились разъезды, общение с носителями того народного языка, за которым Даль охотился всю жизнь:

«Сидя на одном месте, в столице, нельзя выучиться по-русски, а сидя в Петербурге, и подавно. Это вещь невозможная. Писателям нашим необходимо проветриваться от времени до времени в губерниях и прислушиваться чутко направо и налево».

В 1859 году Даль вышел в отставку и поселился с семьей в Москве. Получив, наконец, время для работы над словарем, он планировал готовить его к изданию ещё лет десять, но все обернулось иначе. В 1860 году на собрании Общества любителей российской словесности, членом которого был и Даль, раздались голоса в поддержку немедленного издания бесценных материалов, хотя к публикации на тот момент была готова лишь половина предполагаемого словаря. Издатель Александр Кошелев без лишних слов положил на стол три тысячи рублей. На выпуск второй половины деньги выделил государь, правда, более скромную сумму в две с половиной тысячи и с условием, что объявлено будет: «печатание предпринято на Высочайше дарованные средства».

Словарь начал выходить частями в 1861 году. Организован он был по алфавитно-гнездовому принципу: найдя слово по первой букве, читатель сразу мог ознакомиться с однокоренными словами, их толкованием и примерами употребления. Огромный пласт словаря составили пословицы и поговорки — ранее их запретили печатать отдельным изданием. Всего в труд вошло около 200 тысяч слов и 30 тысяч пословиц, которые дают представление о жизни и быте русского народа в XIX веке.

Владимира Даля не стало 4 октября 1872 года. До последних дней он редактировал свой словарь и записывал все новые слова.